— Вы, мне не муж, ни отец, и даже не брат, чтобы одевать меня. Если вам не нравится мой вид, найдите себе другого переводчика.
Я попытался предложить ей деньги, в долг, чтобы она сменила свой наряд самостоятельно. Увы, и здесь меня ждал отказ. Честно говоря меня подобное упрямство просто бесит. Я не склоняю ее к постели, не делаю ей неприличных предложений, я просто хочу, чтобы она выглядела прилично. Я попытался донести до нее мысль о том, что раз уж она выполняет при мне роль секретаря-переводчика, то почему я не могу предоставить в ее распоряжение рабочую одежду?
— Нет. Если вам что-то не нравится, я могу уйти.
Это упрямство мне просто выводило из себя. А предложение самой позаботиться о своем виде, тоже встречало отказ.
— Я не могу этого сейчас себе позволить.
Я так и не смог от нее добиться ничего вразумительного. У нее самой не было на обновление гардероба денег. От меня она их брать отказывалась напрочь, даже в долг. А то, что «встречают по одежке» она просто не понимала. В конце концов, мне самому надоели эти уговоры, и я поймав такси назвал адрес пансионата, в котором мы остановились. По дороге, я попросил ее еще раз внимательно отнестись к моим словам и хорошенько над ними подумать, прежде чем выносить решение. Но похоже, то, что она вбила себе в голову, было выше всех разумных доводов.
— Я из дворянской семьи и для меня это неприемлемо!
Доехав до пансионата, мы разошлись по своим номерам. На ужин она не вышла, сославшись на головную боль, а я больше был занят своими делами и потому не обратил на это внимания. Дальше тянуть не стоило, и назавтра нужно было обязательно посетить магазин готовой одежды, а затем банк.
Утром вдруг оказалось, что моя спутница отсутствует. По словам владелицы пансионата, выяснилось, что Татьяна позавтракала одной из первых и, узнав о том, что неподалеку находится остановка общественного транспорта — трамвая, съехала из своего номера, забрав с собою все свои вещи. На вопрос хозяйки кому вернуть компенсацию, за неиспользованное время проживание, бросила грубое:- «Отдайте… этому!», что очень покоробило миссис Гроули, и та с негодованием передала мне ее слова. Что она там вбила себе в голову, мне по большому счету было наплевать, хотя и было несколько жаль, что все произошло именно так. Но в конце концов, каждый сам творец своего счастья. И если она решила, что ночевать в ночлежке, отбиваться каждый день от настырных ухажёров и довольствоваться ролью нищей, но гордой дворянки гораздо более приемлемо, чем то, что предлагал ей я, кто я такой, чтобы стоять на ее пути?
Вызвав такси, я отправился в ближайший магазин готовой одежды, где за пару часов, меня привели в полный порядок. То есть подобрали пару повседневных костюмов, сорочек, нижнее белье, привели в порядок мою шевелюру, и даже «поиздевались» над моими когтями. В общем, из магазина я вышел совсем другим человеком.
Затем я вернулся в пансионат, и попросив таксиста меня обождать зашел в номер, откуда забрал приготовленную заранее сумку, в которой находились все мои ценности и наличные деньги. Оказалось, что в городе имеются два крупных банка, один из них «English, Scottish and Australian Chartered Bank», и второй «The National Bank of Australasia». На вопрос, какой из них лучше, шофер пожал плечами.
— Первый принадлежит метрополии, а мы хоть и являемся одной из Британских территорий, все же считаем себя Австралийцами, хотя разумеется: «Боже храни короля!». В общем это дело вкуса.
— Тогда давайте начнем с «The National Bank of Australasia». — Произнес я.
И водитель отвез меня именно туда. Здание банка Оказалось довольно представительным. Выстроенное из белого пиленого известняка, оно поражало свой монументальностью и основательностью. Над входом красовалась надпись выполненная позолоченными буквами гласящая «The National Bank of Australasia. Limited» Стоило мне войти во внутрь, как тут же возле меня оказался клерк и спросил, что именно меня интересует. Я еще не до конца овладел языковыми навыками, но все же попытался объяснить, что мне нужно. Увидев мои затруднения, клерк перешел на французский, а затем и на немецкий язык. В итоге, после того, как я объяснил все что хотел от него, меня проводили в кабинет управляющего банка. Встретивший меня человек, сказал, что с такими суммами положено обращаться именно к нему.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я решил, что не стоит арендовать ячейку и складывать в нее золото. Его разумеется всегда легко продать, но дело в том, что я пока не определился с местом, где именно хочу жить, а возить с собою почти двадцать килограммов золота, довольно рискованное занятие. В тоже время и оставлять его в арендованной сейфовой ячейке, тоже было бы не слишком правильным. Ведь, если мне вдруг срочно понадобится наличность, то придется обратно возвращаться в этот город, вновь искать способ переправки золота, на другой конец материка, или куда-то еще. Или срочно вызывать оценщика, и продавать его. Учитывая то, что Австралийский фунт, достаточно надежная валюта, привязанная к золоту, я решил, что гораздо проще будет сразу продать все имеющиеся у меня ценности, и запастись чековой книжкой. Как мне объяснили в банке, представительства имеются в пятистах шестидесяти городах и поселках Австралии, поэтому никаких проблем с оплатой чеком или снятия наличных не будет.
Весь текущий и следующий день оказались занятыми проведением экспертиз, оценкой моего «наследства» и выкупом его банком. При этом никто не задавал лишних вопросов. Да и так было ясно, что большая часть золота и драгоценных камней привезены, из России. Уже к обеду следующего дня стало ясно, что мое состояние перевалило за сто пятьдесят тысяч Австралийских фунтов, которые по своей стоимости равнялись Британскому фунту стерлингов, или двум долларам США. Видя такое дело, решил, что имеющихся денег мне должно хватить за глаза, а следовательно разбирать карабин, пока не стоит. Но все-таки, чтобы в какой-то мере обезопасить себя от его потери, я арендовал сейфовую ячейку, в которую уложил доставшийся мне кольт, с дарственной надписью, карабин с его тайником, и оставшийся как память золотой перстень с бриллиантами и логотипом Александра второго — «А. II». Как бы-то ни было, уж за этими-то вещами, я могу и явиться сюда. Или, в крайнем случае, затребовать их доставку. Как оказалось, банк оказывает и подобные услуги. Стоит это разумеется немало, но тем не менее ячейка может быть выдвинута, и переправлена в любое место, где есть отделение банка, по желанию клиента.
Теперь мне нужно было определиться с дальнейшими действиями. Честно говоря Дарвин мне не особенно нравился, к тому же, насколько я помню историю, скоро он может подвергнуться бомбежке со стороны Японии. Его после даже станут называть «Австралийским Перл-Харбором» Учитывая, что в отличии от Гавайской истории, налет будет не один а несколько, и что в них погибнет довольно много мирных жителей, оставаться здесь надолго и испытывать судьбу, нет никакого желания. И потом, мне просто не сидится на месте. В свою прошлую жизнь я работал шофером, мотаясь по городу, но всегда мечтал уйти на междугородние перевозки. Но вначале этому помешала статья за хулиганство, и потому пришлось работать в городе, развозя хлеб. А после появилась семья, и стало не до того. Но все же я сумел пару раз выбраться из этого, вместе с семьей прокатившись до Черного моря, на собственном автомобиле.
Сейчас, все иначе. Семьи у меня пока нет, зато есть деньги, а передо мною, огромный неизведанный мир Австралии, раскинувшийся с севера на юг на две тысячи, а с запада на восток на четыре тысячи километров. Одна только береговая полоса превышает тридцать шесть тысяч километров. А чего стоит тайна «великой Австралийской стены», протянушейся более чем на семь тысяч миль, которую кстати еще не воздвигли, и у меня есть все возможности своими глазами увидеть то, что скоывается за нею. И если я не проеду, хотя бы половину из того о чем с придыханием рассказывают путешественники будущего, ни за что не прощу себе этого.
